При спасении раненых важно действовать быстро и умело. Время не всегда на нашей стороне, а вражеские дроны всячески стараются помешать. Однако солдатская смекалка и стойкость наших ребят помогают нам успешно спасать раненых. Сержант Тимофей Липин, командир медицинского отделения 228-го гвардейского мотострелкового Ленинградско-Павловского Краснознамённого полка с позывным «Медуза», не понаслышке знает о специфике спасения раненых.
Когда речь заходит о боевых действиях — первое, что приходит на ум, это опасность и большие риски. Мало кто ассоциирует войну с жизненной энергией. Но только не наш герой. Человек, чьими руками неоднократно была выиграна схватка со смертью. Для него выхватить чью-то жизнь из её костлявых рук — это жизненное кредо, он военный медик. Встретив на гражданке Тимофея Липина, крепкого светловолосого уральца с добрым сердцем и отличным чувством юмора, сложно предположить, что перед вами стоит военнослужащий, удостоенный медалей «За отвагу», «Жукова» и «За храбрость» II степени. И уж тем более не предположишь, что за его плечами богатый боевой опыт, два ранения и сотни спасенных жизней. Жизней чьих-то сыновей, отцов и дедов.
В свои 27 лет он лучше многих знает цену времени и жизни. На вопрос, почему выбрал эту профессию, шутит: «Это лучшая работа в мире. Мы живём здесь и сейчас. Задачи выполняем — противник бежит. А все проблемы решаемы». Но за шуткой стоит профессионализм и стальной характер.
От медбрата «Скорой помощи» до командира медицинского взвода
Родители воспитали в Тимофее патриотизм. Ещё в 9 классе по выходным он ходил на курсы «Сестринское дело» и мечтал стать военным, вместе с тем увлёкся психологией, а после окончания школы поступил в Свердловский областной медицинский колледж. В 18 лет Тимофей стал младшим медбратом в приемном отделении хирургии. А уже через полгода старшая медицинская сестра доверяла ему полный объем работы: «старания» в изучении специальности она заметила сразу. В ковид работал за троих. Психология, которой он увлекался, давала свои плоды, помогала найти подход к каждому, успокоить и дать надежду на лучший исход.
Окончив колледж в 2020-м, полгода отработал на «скорой», а после подписал контракт с Министерством обороны. Служил сначала фельдшером в реактивном артиллерийском дивизионе на границе. Но душа требовала реальной боевой работы. «Хотелось применять навыки, спасать», — говорит он. Пытался попасть в Сирию, в Нагорный Карабах, но командование не спешило отпускать молодого парня на боевые задачи. А в конце 2021 года его перевели в 228-й гвардейский мотострелковый полк. Специальную военную операцию Тимофей встретил 23 февраля 2022 года в 23:00, когда пришёл приказ о её начале.
Позывной «Медуза»
Ребята из подразделения, в котором он служил, быстро нашли сходство в словах «медик» и «медуза», так и родился позывной. Ребята шутят: «Медуза» — потому что руки золотые, как щупальца, достают из-под любого огня. А ещё Тимофей умеет нестандартно мыслить, и это качество не раз спасало как товарищей, так и его самого.
Салочки БТРа с танком
Запомнился один случай на Херсонском направлении. «Линия наступления была ломаной: поле и две лесополосы. В одной наши, а через поле — противник. Наши штурмовики уже крепко взяли врага за чупы, но боевики неподалёку вывели кочующий танк. Он «тарахтел» вдоль лесополосы и всячески мешал оказанию должной огневой поддержки нашим штурмовым группам, — рассказывает Тимофей. — Всё началось с радиоприёма: мне поступило сообщение от штурмовой группы, они вызвали «таблетку» — так в нашем подразделении называют медгруппу эвакуации на технике».
У Тимофея в распоряжении было две машины: БТР и МТЛБ («мотолыга»). Идти напрямую эвакуировать раненых было крайне опасно, ведь танк противника тут же открыл бы огонь по открывшейся цели. Вместе с тем он понимал, что наши радиоволны враг мог прослушивать. Поэтому «Медуза» на запрос эвакуации ответил резким отказом, чтобы дезинформировать противника. И тут же, молча, спланировал целую спасательную операцию.
План был дерзким. В секунду проанализировав обстановку, он тут же принял решение: «БТР — быстрая машина, но для разворота на месте после погрузки раненых не годится: сильно замедлится при манёвре, а танку противника это на руку. «Мотолыга», наоборот, развернётся, как волчок, но в скорости проигрывает БТРу — до пострадавших будет идти чуть дольше. Исходя из этого, решение было следующим: БТР на полном ходу гонит вдоль лесопосадки, отвлекая танк на себя. А в это время «мотолыга» идёт и подхватывает раненых». В ту же секунду Тимофей поставил задачу мехводу «мотолыги» выдвигаться на эвакуацию раненых, а сам загрузился в БТР.
В частоколе есть «окошко»
«Я целенаправленно не довел до мехвода БТРа всей полноты своего плана: психологические факторы могут сыграть свою коварную роль. Я переживал, что, узнав о танке противника, мехвод начнёт из-за волнений делать ошибки, поэтому поставил ему задачу на полном ходу идти вдоль нашей лесополосы, не задавая вопросов. Работал он чётко, — смеется Тимофей. — Выстрелы танка свистели где-то рядом с машиной, моя голова крутилась флюгером, оценивая обстановку и стараясь рассмотреть через триплексы действия противника. И вот успех: через триплекс вижу, как «мотолыга», эффектно развернувшись на месте, уходит с ранеными на борту к нашим позициям». Дело осталось за малым: вытащить мехвода и самого себя из-под огня противника.
Лесополоса, превратившаяся в частокол, чадит, дымом тлеет земля. А нам нужно найти «окошко» в лесополосе, чтобы запрыгнуть в него до того, как танк превратит наш БТР в решето. «Прилёт снаряда в десяти метрах от носа машины заставил мехвода выжать из нашей машины второе дыхание. Она прыгнула как гепард с небывалой прытью, — говорит Медуза. — Мы нашли заветный вход в постриженной танком и артиллерией лесополосе, успели. Мехвод потом долго высказывал возмущения, а вместе с тем и восхищение нашей отчаянной махинацией. Мне снова пригодились знания по психологии, полученные ещё на гражданке, они помогли успокоить впечатлительного механика-водителя. Я рад: дело сделано, задача выполнена, жизни ребят спасены. Потерь нет».
Замкнутый круг жизни
Сегодня Тимофей — курсант военного вуза. Осваивает специальность военного психолога. Слушает уже не радиостанцию, а ведущих преподавателей военных кафедр. Он всё так же с упорством и профессионализмом подходит к изучению тонкостей человеческой души, как когда-то изучал медицинское дело. Вместе с тем Тимофей активно проявляет себя в научной деятельности, использует боевой опыт, ищет пути стабилизации и адаптации бойцов, прошедших через боевые действия. «Всё же это лучшая работа в мире: спасаем жизни, лечим раненые души, всё хорошо, а главное — все проблемы для нас решаемы», — повторяет он. Вскоре Тимофей получит заветные лейтенантские погоны и продолжит служить своему Отечеству в качестве начальника психологической службы. В планах — дослужиться до генерала и продолжать спасать жизни.
Борис ШИКИН